Обвешанные баулами и рюкзаками, веселые и шумные компании мужиков - обычная для станции Чегдомын в сезон рыбалки картина. Отдохнуть с удочкой наперевес приезжают сюда чуть ли не со всего края. Примерно так же выглядела группа крупных спортивных парней, сошедших в один из дней с хабаровского поезда.

Они спокойно погрузились в попутку и уехали в сторону леса...У тех, кто в тот день внимательно наблюдал за перроном, и мысли не возникло, что в тяжелой поклаже «чужаков» вовсе не удочки и провиант, а оружие...

Так бойцы краевого отряда СОБР под видом рыбаков-любителей приехали в Верхнебуреинский район для ликвидации местной криминальной группировки.
По признанию сотрудников управления уголовного розыска УВД Хабаровского края, эта операция проходила в режиме особой секретности. Известно же, чем жестче правоохранительные органы начинают «закручивать гайки», тем хитрее становится преступник.

В Хабаровском крае за последние несколько лет были привлечены к ответственности разного рода преступные банды. Одно только дело «общака» из Комсомольска-на-Амуре, благодаря которому удалось усадить на нары сразу нескольких «воров в законе», чего стоит.

Когда в Чегдомын прибыла бригада из управления уголовного розыска, лидеры группировки первым делом выставили посты наблюдения возле местного отделения милиции, на вокзале. Они должны были следить и докладывать своим главарям обо всех передвижениях милиционеров.

Кроме того, на первоначальной стадии операции во время обыска одной из так называемых штаб-квартир, где бандиты собирались на свои сходки, милиционеры обнаружили компьютерные дискеты, где содержались схемы чегдомынского криминального сообщества, которые составляли оперативники. Находка эта могла означать лишь одно - информацию бандитам «сливает» тот, кто принимает участие в расследовании этого дела. «Крота», впрочем, вскоре удалось вычислить. Кстати, и верхушка Чегдомынского отдела милиции тоже лишилась своих должностей именно в то время.

На днях материалы уголовного дела переданы в суд. И сотрудники управления уголовного розыска края согласились рассказать о деталях его расследования.
По данным следствия, криминальная группировка на территории Верхнебуреинского района действовала предположительно с 2002 года. Хотя, как утверждают сами жители Чегдомына и остальных населенных пунктов, заявила «братва» о себе гораздо раньше, где-то в начале 90-х годов.

Понятно, что правоохранительным органам об этом было известно. Кто-нибудь из бандитов периодически отправлялся на нары, но вот прекратить существование всей группировки сразу было невозможно. Причин тут много. Во-первых, не было опыта в расследовании подобных дел, да и сама статья 210 - организация преступного сообщества - появилась в Уголовном кодексе относительно недавно. Но самое главное, потерпевшие боялись идти на контакт со следствием.

Нет, некоторые члены банды все-таки попадали под суд. Кое-то из них до сих пор отбывает наказание в колониях. В основном за кражи, грабежи, угоны автомобилей, хулиганство. Но чтобы ликвидировать сообщество, надо доказать, что совершаемые преступления - хорошо спланированная деятельность целой криминальной организации, живущей по своим законам.

Операция по ликвидации чегдомынской группировки началась 23 мая 2006 года. «Отмашку» коллегам из краевого УВД дал начальник уголовного розыска Верхнебуреинского района Евгений Ткачев, когда к нему на стол легло очередное сообщение о дерзком преступлении - жестоко избит один из местных предпринимателей. Потерпевший рассказал, что отказался так называемой «крыше» платить дань, а проще говоря - пошел наперекор установленным бандитами «законам» о том, что все торговцы должны раскошеливаться в пользу «общака».

В УВД края создается оперативная группа сыщиков, перед которыми ставится задача - выехать в район и ликвидировать группировку. Как это сделать, если потерпевшие и свидетели по-прежнему молчат?

Работа началась с изучения всех уголовных дел, которые возбуждались районным ОВД за последние пять лет, связанные с грабежами, разбоями, убийствами, хулиганством и воровством. В сторону откладывались лишь те папки, где речь шла о преступлениях, совершенных на бытовой почве.
Кроме того, были подняты все «отказные» дела, по части из них был сделан вывод, что списаны в архив они были неправомерно.

По сути, сотрудникам опергруппы пришлось заново расследовать все уголовные преступления, вызывать свидетелей, допрашивать потерпевших.
Можно себе представить, какой ворох документации пришлось перелопатить хабаровским оперативникам. Их командировка в Верхнебуреинский район растянулась на 10 месяцев.

В конце концов удалось сделать так, чтобы потерпевшие и свидетели начали давать показания. Скорее всего, здесь на руку следствию сыграл факт ареста комсомольских «воров в законе». Люди наконец поверили, что милиция взялась за банды всерьез. В ходе расследования выстроилась четкая схема, по которой «работало» преступное сообщество. Все руководство осуществлялось из Комсомольска-на-Амуре, куда, как выяснилось, лидеры чегдомынской группировки периодически ездили «на ковер».

В общем и целом же деятельность криминальной бригады ничем не отличалась от всех подобных структур. В Новом Ургале и Чегдомыне было шесть частных домов и квартир - места, где члены группировки ежедневно проводили совещания, разрабатывали план действий, подводили итоги. Здесь было четкое разделение ролей. Ответственный за финансы, за сбор податей с предпринимателей, за школы.

Кстати, относительно молодежи у бандитов был особый пунктик. Как «братва» должна готовить себе достойную смену, учил своих «подельников» еще небезызвестный Джем. Несчастные, брошенные родителями и государством дети - прекрасный пластилин, из которого можно лепить, что угодно. Для этого достаточно дать понять, что в них есть нужда, что их любят и ценят - ради этой призрачной идеи братства они готовы идти на любое преступление. В общем, ничего нового.

Малолетки терроризировали школьников, временами доходило до того, что дети отказывались ходить в школу, опасаясь мести за отказ от уплаты дани. А вот большинство предпринимателей платили. Деньгами или товаром, который, по словам бандитов, отправлялся в места не столь отдаленные для поддержки осужденных.
И понять этих людей не трудно: куда было им деваться, если местная милиция помочь им никак не могла?

Для того, чтобы возбудить дело, нужно, как минимум, заявление от потерпевшего. Что могло грозить человеку, который заявил на бандитов в милицию, догадаться несложно. Увы, существующий у нас в стране закон о защите свидетелей и потерпевших, по сути, мертв. Поэтому люди молчали...

Денежки в криминальный бюджет поступали и от угона автотранспорта, который бандиты сами же и угоняли, а потом якобы находили и возвращали за определенную мзду. С награбленным из квартир граждан поступали так же, либо реализовывали в других городах. Впрочем, аппетиты преступников в конце концов перестали удовлетворять добытые таким путем деньги. Поэтому их интерес стал распространяться на предприятия, связанные с лесом, золотом, рыбой... Криминальные «авторитеты» стали входить в число учредителей, акционеров предприятий.

Кстати, чтобы милиции не удалось доказать существование криминального сообщества со своей четкой структурой, чегдомынские «братки» придумали такой ход. Поскольку одной из основных черт любой организации является наличие в ней лидера, то преступники решили представить дело так, что якобы никакого руководителя у них нет. Как принято в этой среде, все они имели клички - Максим, Грузин, Дизель, Рейган, Плотник.

Сходки, где обсуждался план дальнейших действий, они проводили по очереди, чтобы милиция не смогла вычислить, кто из них является «идейным вдохновителем». Кстати, кумиром в среде чегдомынских бандитов был ныне покойный Джем. Его портреты красовались на самом видном месте в «конспиративных квартирах».
Вскоре в Чегдомыне и Новом Ургале начались обыски и аресты. Узнав об этом, уже осужденные за другие дела и находящиеся в колониях бывшие члены группировки стали один за другим «сдавать» своих подельников.

Почуяв реальную опасность, главари банды бросились в бега. Одного из них удалось задержать в поезде. За другим несколько дней охотились в тайге, где он прятался по охотничьим зимовьям...

На сотрудников краевого уголовного розыска постоянно пытались оказывать давление. В их адрес неоднократно поступали угрозы. После того, как среди бела дня в Хабаровске у жены оперативника, который в это время был в командировке в Чегдомыне, преступники наглым образом вырвали из рук сотовый телефон, стало понятно, что бандиты готовы идти на крайние меры. Семьи хабаровских сыщиков были взяты под охрану.

Отыгрались на своих, местных операх уголовного розыска. Подкараулили их в центре Чегдомына и избили - за то, что «притащили в район крумовцев». Раньше УВД края называлось краевым управлением милиции, сокращенно крум, с тех пор и до сих пор в бандитской среде сотрудников краевого управления зовут «крумовцы».

В итоге число арестованных выросло до 23 человек. Все они поначалу находились в чегдомынском изоляторе временного содержания, но когда стало известно, что они готовят побег, их переправили в Хабаровский сизо. Еще пятерых, обвиняемых по этому делу, до суда оставили на свободе по подписке о невыезде.

В ближайшее время в Хабаровском краевом суде начнется процесс, где на скамье подсудимых будет сразу 28 человек. Судьи говорят, что не припомнят процессов с таким количеством обвиняемых. Помнится, для суда над «общаком» из Нанайского района для того, чтобы разместить 17 подсудимых, пришлось изготавливать специальную клетку. Видимо, на этот раз судебному ведомству придется делать сварщикам еще один заказ.

М. КРАВЦОВА. Газета"Тихоокеанская Звезда"