В Центральном районном суде Хабаровска начался процесс над бывшим заместителем начальника управления Россельхознадзора по Хабаровскому краю и ЕАО Андреем Васильковым. Впрочем, «бывшим» чиновником высокого ранга Андрей Васильков стал уже после возбуждении в отношении него уголовного дела, написав заявление об увольнении «по собственному желанию».

Предъявленное же ему обвинение непосредственно связано с его деятельностью на ответственном посту. Андрей Васильков обвиняется по статье 286 ч. 3 УК РФ в превышении должностных полномочий с причинением тяжких последствий. Под «тяжкими последствиями» подразумевается ущерб, который был нанесен в результате его действий государству. Это 3 миллиона 600 тысяч рублей, а такой размер ущерба считается «особо крупным».

…История, которая потом вылилась в уголовное дело, произошла еще летом прошлого года, когда в управление Россельхознадзора поступила заявка из ФГУ «Амуррыбвод» на получение разрешения вылова кеты в контрольных целях в реке Коль Сахалинского залива.

В самом по себе этом факте не было ничего необычного. Для проведения контроля за состоянием рыбных запасов в реках «Амуррыбвод» всегда наделяется квотами на вылов рыбы в научных целях. Однако именно эта заявка «Амуррыбвода» поступила в Россельхознадзор не вполне официальным путем - в нарушение установленного порядка учета входящих документов. Может быть, потому, что в этот раз для осуществления «научных работ» «Амуррыбвод» просил выдать ему разрешение на вылов такого количества кеты, которое почти в два раза (или на 15,5 тонны) превышало утвержденные Федеральным агентством по рыболовству квоты для производства научного лова в Сахалинском заливе?

Впрочем, на то у нас «на рыбе» и сидят ответственные чиновники, чтобы пресекать подобные намерения на корню. Однако, по утверждению обвинения, Андрей Васильков, который и должен был разобраться в ситуации, этого не сделал. Отдав своему подчиненному устное распоряжение выдать разрешение на вылов 30 тонн кеты в Сахалинском заливе по заявке «Амуррыбвода», он затем сам его подписал и заверил печатью.

Кета была выловлена рыбодобывающим предприятием ОКМНС «Власьево», которое и расплатилось с «Амуррыбводом». Государству, судя по обвинению, был нанесен ущерб в размере 3 млн. 600 тысяч рублей.

Небезынтересно, что следствие не усмотрело в этой истории обычной халатности чиновника, который подписал незаконное разрешение «по недогляду». Некоторые изъятые в ходе обысков документы, казалось бы, давали основание полагать, что все произошло не «просто так», а потому, что чиновник Андрей Васильков находится в определенных отношениях с начальником ФГУ «Амуррыбвод» Владимиром Белянским, в том числе и финансовых.

В частности, некоторые бумаги указывали на то, что высокий государственный чиновник является еще и… соучредителем некого частного предприятия, а начальник «Амуррыбвода» Белянский имеет доверенность на представление интересов этого предприятия.

Поначалу материалы в отношении Владимира Белянского даже были выделены в отдельное производство. Однако затем, по нашим сведениям, прокуратура в возбуждении уголовного дела в отношении начальника ФГУ «Амуррыбвод» отказала. Что же касается бывшего заместителя начальника Россельхознадзора по Хабаровскому краю и ЕАО, то в ожидании суда он был отпущен под подписку о невыезде.

…Не будет преувеличением сказать, что не только бывший замначальника Россельхознадзора Андрей Васильков ожидал начала судебного процесса. В силу общественной значимости проблемы разбазаривания водно-биологических ресурсов ожидали его и хабаровские СМИ. Однако, к немалому изумлению журналистов, охрана не пропустила их не только в зал судебных заседаний, но даже и… в само здание суда. Преградившие вход судебные приставы объяснили, что делают это по личному распоряжению судьи Зинаиды Михайловой, которая «не желает, чтобы за процессом наблюдала пресса».

Трудно объяснить, чем руководствовалась судья Михайлова. Но явно не статьей 123 Конституции России, где четко сказано, что «разбирательство дел во всех судах открытое», а «слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом».

Впрочем, может быть, тут как раз и был именно такой «случай»?

- Заседание суда может быть объявлено закрытым только после вынесения об этом специального постановления судьей, - объяснил нам начальник управления судебного департамента в Хабаровском крае Геннадий Коржов. - А само постановление об этом может быть вынесено только в четко оговоренных законом случаях.

«Случаев» этих, к слову, столь немного, что перечислить их можно по пальцам. Например: судья могла закрыть заседание, если бы Андрей Васильков был несовершеннолетним (но трудно представить себе, что несовершеннолетний юноша мог бы находиться на столь ответственной государственной должности). Если бы речь в суде шла о государственной тайне (но ущерб, который терпит государство от разбазаривания биологических ресурсов, давно уже ни для кого не тайна).

Если бы этого требовали интересы безопасности подсудимого (но разве в таком случае его отправили бы гулять по городу под подписку о невыезде?). И, наконец, если бы Андрей Васильков кого-нибудь изнасиловал.

Мы, грешным делом, уже чуть было не предположили самое худшее. Однако, как заверила нас и.о. председателя Центрального районного суда Наталья Русанова, скорее всего, тут просто «произошло недоумение».

- Очевидно судья Михайлова истолковала закон по-своему, - предположила Наталья Русанова. - Во всяком случае, в беседе со мной она сослалась на какое-то разъяснение Верховного суда России, которого лично я никогда не видела.

«Разъяснение» Верховного суда России оказалось настолько таинственным, что его не видел никто и в Управлении судебного департамента Хабаровского края.

- Мало того, что судья не имеет права не впускать представителей общественности в зал заседания, если заседание не было признано закрытым специальным постановлением. Но и судебные приставы не имели права исполнять незаконный приказ судьи. А приказ не впускать людей в здание суда является незаконным, - заметили сотрудники пресс-службы управления судебного департамента.

…Трудно, действительно, найти достойное объяснение тому, почему закон попирается не где-нибудь, а прямо в храме правосудия. Однако торопиться не будем. Ибо, как заверили нас в судебном департаменте, в настоящее время здесь готовится представление для рассмотрения произошедшего «инцидента» на совете судей.
А там - посмотрим. И к делу по обвинению Андрея Василькова еще вернемся. Вдруг там действительно имеются основания для закрытости заседания…


Ольга НОВАК. Газета"Тихоокеанская Звезда"