На сегодняшний день в России девять домов ребенка, которые входят в состав системы исполнения наказаний (УФСИН). Один из них находится в Хабаровске. Сюда попадают младенцы с пяти дней от роду.

Пока им не исполнится три года, ими занимаются исключительно люди в погонах. Дальше забота об их судьбе переходит к обычным социальным учреждениям. Так записано в законе. Но сегодня, похоже, все идет к тому, что этим несчастным детишкам придется вместе со своими непутевыми мамашами находиться в неволе «от звонка до звонка». Деток - в клетку?

Трудно сказать, какой «умной» голове пришла идея «изобрести» закон, позволяющий отбывать наказание ребятишкам вместе с мамой-преступницей. Если мама не лишена родительских прав, конвой везет ее этапом в колонию вместе с малышом. Только представьте себе картину - преступница в наручниках, вооруженный конвой, специализированный вагон с решетками, вокзальная грязь... и младенец.

К тому же путь может растянуться на несколько суток, так как учреждений для мам с детьми всего девять на всю страну. Закон этот появился еще в советские времена. Видимо, как своеобразный акт милосердия к преступницам, которым, несмотря на содеянное, позволили видеться с ребенком, не потерять с ним связь. Близость родного человечка, по идее, должна давать шанс оступившимся женщинам одуматься.

Вот только о том, как жизнь в лагере отразится на самом ребенке, вряд ли кто-то задумывался. С беременными еще понятно: дожидаться, пока родит, и только потом отправлять ее в лагерь, никто не будет. Решение суда нужно исполнять, как только приговор вступит в законную силу. Но зачем везти в лагерь малышей? Почему нельзя на то время, пока мать сидит, отправить ее ребенка в детский дом?

Сегодня врачи утверждают, что, еще находясь в утробе матери, человек все понимает и чувствует. Во что могут вылиться первые годы жизни «за колючкой», хорошо известно. В колонии №12, что близ Хабаровска, в селе Заозерное, есть целые семейные династии. Сейчас здесь отбывает наказание бабушка, которая когда-то сама пришла сюда по этапу беременной и родила здесь дочь.

Девочка выросла, совершила преступление и приехала в колонию с малышкой. До середины 80-х годов в Заозерном существовала отдельная колония исключительно для мам с детьми. Несколько корпусов - дом ребенка, барак, родильное отделение - за тюремным забором с вышками и охраной. Потом мамы переехали в колонию №12. Дом ребенка стоит чуть в стороне, родительниц сюда приводит конвой.

Кстати, брать с собой в зону ребенка женщинам вовсе не обязательно. Его можно оставить в детском доме в своем городе на время, а по возвращении из заключения забрать. Но практически никто этого не делает. Наоборот, некоторые, пока идет следствие, специально стараются забеременеть. Потому что, в отличие от остальных осужденных, «мамочки» имеют массу привилегий.

Режим для этих особ в колонии значительно мягче, например, их нельзя помещать в штрафной изолятор. Сегодня в планах руководства УФСИН РФ по Хабаровскому краю воссоздать колонию для мам с детьми в прежнем виде. Отстроить родильное отделение, общежитие для осужденных. А это значит, что дом ребенка вновь окажется за тюремным забором...

Государственные дети - ничьи... В доме ребенка при ИК-12, рассчитанном на 50 мест, 78 детей. С первого взгляда на это небольшое двухэтажное каменное здание становится ясно, что с материальным обеспечением здесь практически нет проблем. Младенцы питаются хорошими молочными смесями, получают все необходимые лекарства. Детишкам постарше всю еду готовят исключительно на оливковом масле.

И это не прихоть поваров, а острая необходимость, так как абсолютное большинство малышей родились с физическими патологиями. У некоторых из них аллергия на мясо и молоко. - Оно и понятно, ведь их мамы во время беременности вели очень специфичный образ жизни, - рассказывает врач-педиатр дома ребенка Тамара Петровна Деспиллер, - много малышей с неврологическими заболеваниями, несколько наших воспитанников родились у мам, больных СПИДом.

С медицинским обследованием, а также если вдруг ребенок будет нуждаться в стационарном лечении, проблем не возникает. Медицинский отдел УФСИН выделяет автобус, и малыши отправляются в город. Неприятные процедуры, связанные со сдачей анализов, которых так боятся все дети, для воспитанников системы исполнения наказаний совсем не страшны. Потому что эти редкие экскурсии единственная возможность для них увидеть большой мир, пусть даже из окна автобуса.

Все это: удобные спальни, просторная игровая комната, современные игрушки, недавно отремонтированная кухня с ароматами домашней еды свидетельства того, что государство выделяет на этих детей денег столько, сколько нужно. Наконецто выделяет, так как еще несколько лет назад нужда здесь сквозила, что называется, из всех «щелей».

Единственными, кто оказывал хоть какуюто материальную помощь этому детскому учреждению, были представители религиозных конфессий. Хабаровский прокурор по надзору за соблюдением законодательства в исправительных учреждениях Игорь Кармянский с болью вспоминает, как работники дома ребенка, увидев на дверях одного из городских детских домов объявление о том, что поношенные вещи там не принимаются, плакали от обиды за «своих» детей. Тогда в «вольных» социальных учреждениях наступило уже относительное материальное благополучие, появились спонсоры.

Детишки же осужденных женщин продолжали нуждаться в самом необходимом. Но и поношенных вещей им никто не приносил. Чего уж греха таить, общественное отношение к преступницам порой подсознательно переносится и на их ни в чем не повинных детей... Проблема, которая появилась у дома ребенка почти год назад, звено одной и той же цепи равнодушия.

Еще в 2006 году детей, которым исполнилось три года, без всяких проблем принимали в хабаровские детские дома. Когда же вступил в силу 131й федеральный закон, и муниципальные, краевые и федеральные власти поделили полномочия и сферы влияния, младенцы из колоний оказались ничьими. Вернее, финансируются эти дома за счет государственных средств и статус имеют федеральный. Поэтому в муниципальные социальные учреждения их не принимают.

Вот уже год начальник медицинского отдела УФСИН РФ по Хабаровскому краю Сергей Степанов ведет переписку с министерством образования края, с управлением образования Хабаровска и практически со всеми детскими домами. Ответы почти идентичны мест нет. И отказы эти вполне законны.

Согласно Семейному кодексу РФ, законам «Об основных гарантиях прав ребенка в РФ», «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детейсирот и детей, оставшихся без попечения родителей» дети должны находиться в социальных учреждениях по месту прописки их мам. Если у родительницы было жилье, оно по закону должно закрепляться за ребенком.

Но и в противном случае муниципальные власти обязаны будут выпускника детского дома обеспечить квартирой и социальной поддержкой. Где и без того небогатому, например, Хабаровскому району взять денег на детей из других регионов? А с другой стороны, уголовноисполнительное законодательство, которым регламентируется работа домов ребенка при колониях, гласит, что дети старше трех лет должны отправляться в социальные учреждения.

Никаких уточнений по поводу того, что детский дом должен находиться по месту прописки мамы, там нет. Соответственно и статьи расходов в бюджете системы исполнения наказаний на то, чтобы оплачивать поездку малыша с социальным работником и медсестрой, допустим, в Магадан или на Камчатку, не предусмотрено. Некоторые воспитанники дома ребенка родились в Хабаровске, о чем и указано в их метриках.

Но и это, оказывается, не является аргументом для того, чтобы их взяли в детский дом краевого центра. Пока Степанову и прокурору Кармянскому удается пристраивать детишек. Большей частью уговорами. Иногда детские дома выдвигают практически невыполнимые условия, при которых согласны будут взять ребенка.

Вадику три года исполнилось еще зимой. В колонии вместе с мамой он уже почти два года. Отец тоже осужден. Один из детских домов Хабаровского района согласен этого малыша принять с условием, что будет предоставлена справка о том, где находится его папа. Если сидит, то в каком регионе. Если нет, то он должен официально оформить отказ от ребенка. Где искать непутевого папашу вопрос... Денису вот вот исполнится 4 года.

Когдато они с мамой жили в Республике Тыва. Теперь, чтобы его взяли в обычный детский дом, нужно, чтобы администрация города Кызыла написала официальную бумагу, что, как только ему исполнится 18 лет, обеспечит его квартирой. Сколько малышу ждать еще этот документ ­никто не знает. На моей памяти еще не было ни одного случая, чтобы женщины после освобождения не забирали своих детей, говорит Кармянский. Вопервых, социальные работники колонии ведут с ними в этом направлении большую работу.

Когда ребенок уходит в детский дом, хотя бы раз в месяц к нему приводят маму, она имеет возможность туда звонить, разговаривать с воспитателями. Кроме того, имея малолетнего ребенка на воле, женщина может рассчитывать на государственное пособие, копейки, дающие возможность продержаться хотя бы первое время. Так что детей забирают гораздо раньше, чем они достигают 18 лет.

Даже если мать получила срок 10 лет, после освобождения ребенку будет только 13 лет. Тем более, что осужденные с детьми имеют гораздо больше шансов на условнодосрочное освобождение. Кто возьмет под крыло Таких детишек, которых система исполнения наказаний должна передавать в социальные учреждения, по всей России в год набирается не больше сотни. В Хабаровске их в среднем 7 9 человек.

Горстка малышни, по поводу которых в законах оказался пробел. Чтобы исправить положение, законодателям нужно браться за перья, размышлять, голосовать, утверждать и так далее. Все мы знаем, как долго и трудно это делается. Но делатьто нужно. Не содержать же малышей в самом деле в колониях для осужденных до совершеннолетия. Абсурд, согласитесь.

Игорь Анатольевич Кармянский обратился в прокуратуру края с предложением выйти в краевую Законодательную думу с инициативой разработки и принятия нормативного акта на территории Хабаровского края, регламентирующего порядок направления и приема детей из дома ребенка при ФГУ ИК12 в муниципальные дошкольные учреждения Хабаровска.

Такое же обращение легло на стол полномочного представителя по правам человека при губернаторе Хабаровского края. Может быть, это поможет детишкам обрести крышу над головой?

Оксана Омельчук. Газета "Тихоокеанская Звезда"