Народный фольклор отражает истинное положение дел в обществе гораздо точнее и объективнее, чем любые новостные сводки. Темы, чаще всего фигурирующие в анекдотах – это самые сильные страхи населения, которые оно пытается преодолеть, придав им комические формы. К такому любопытному выводу приходили, не сговариваясь, десятки разнообразных психологов со всего мира.



«– Папа, а ты в армии служил?

– Да, сынок.

– А руку тебе на войне оторвало?

– Да, сынок, на войне…

– А как это произошло?

– А когда в военкомат тащили…»

Надо полагать, что и без того популярные веселые хохмы на армейскую тематику стали звучать чаще в курилках с тех пор, как недавно по всей России прогремел инцидент, произошедший в штабе Восточного военного округа.

Как именно отдавали долг Родине солдаты-срочники, охранявшие штаб округа, общественности, как водится, стало известно совершенно случайно. Рекруты запечатлели сцены издевательств над таким же, как они, солдатом, на сотовый телефон, чтобы похвастаться приятелям. Кто-то из них, в свою очередь, недооценивая последствия, выложил мобильный «триллер» во «всемирную паутину».

Увидеть ставший знаменитым ролик и по сей может любой желающий. На нем рядовые Руслан Гаряев и Андрей Король сначала избивают сослуживца, а потом окунают головой в унитаз. Сразу после появления этого видео в Интернете все, причастные к преступлению, немедленно были найдены. Рядовым предъявили обвинение в «нарушении уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности, совершенном группой лиц» (пункт «в» ч. 2 ст. 335 УК РФ).

Теперь они находятся под арестом. Стала известна и причина издевательств: таким вот образом обвиняемые просто пытались убедить потерпевшего вернуть им долг в размере полутора тысяч рублей. Да, и еще: по словам представителей силовых структур, этот факт был известен им еще до появления варварского зрелища в сети, и они как раз собирались возбуждать уголовное дело.

Не имеет особого смысла сомневаться в этом утверждении. Важен результат: вместо того чтобы продолжать регулярно подвергаться истязаниям, потерпевший отправился в другую часть. После того, как сор был вынесен из избы, произошли небольшие изменения на бывшем месте службы экстренно переведенного рядового. Должностные лица, виновные в несоблюдении порядка, уже привлечены к дисциплинарной ответственности, в том числе, к понижению в должности, а двое – даже уволены. Опять же, не будем сомневаться в том, что такому быстрому, вопреки негласным традициям, восстановлению справедливости, совсем не способствовала широкая известность случившегося.

Это не единственный случай, прославивший Дальний Восток как территорию вопиющего произвола в казармах. В ряду аналогичных первым всплывает суд над Константином Лаптевым, даже не военнослужащим, что не мешало ему использовать солдата по своему усмотрению. Звено из одной цепи, но несколько отличное по форме – в этом случае рядового никто не пытал, его просто «сдали в аренду». Заместитель командира по воспитательной работе одной из воинских частей под Хабаровском отдал солдата своему знакомому предпринимателю в ноябре 2007 года.

Четыре месяца с лишним рядовой жил в квартире Лаптева, выполняя обязанности домохозяйки, и помогал на приусадебном участке. Когда парню это надоело и он захотел уйти, предприниматель сообщил, что отпустит его за 300 тысяч рублей. Лаптев был признан виновным в вымогательстве и приговорен к пяти годам с отбыванием в колонии общего режима. Не избежал наказания и заместитель командира части: за тем, что он распорядился солдатом, как вещью, последовал год в колонии-поселении. Уже больше года он на свободе.

Это наказание можно считать суровым. Похожий случай имел место быть в конце декабря того же 2007 года, когда еще один заместитель командира хабаровской части отправил сержанта на фермерское хозяйство. Вплоть до апреля 2010 года парень выращивал овощи и возводил приусадебные постройки. По его словам, работать приходилось с 5 утра до 10 вечера. «Злоупотребление должностными полномочиями» вылилось для заместителя командира части в … 50 тысяч рублей штрафа. Недорог труд солдата.

Наказания за преступления, аналогичные тому, что было красочно проиллюстрировано любительским видео, крайне редки.

– Жаловаться на беспредел – все равно, что выписывать себе смертный приговор. Наша армия – это «зона», и там до сих пор все живут по тюремным понятиям. И это ни для кого не откровение, – полагает бывший рекрут, отдавший долг Родине в прошлом году, и это всего лишь одно мнение. – Если рассказать об издевательствах, тебя просто потихоньку повесят, и ты будешь считаться самоубийцей. Так что лучше перетерпеть.

Еще одну любопытную причину молчания не так давно продемонстрировал новобранец, прослуживший в окрестностях Хабаровска всего лишь три месяца. Когда его привезли в поликлинику, парень втихомолку…проглотил иглу, надеясь получить травму и хоть какое-то время не возвращаться в часть. Он не погиб, нет – всего лишь отправился под трибунал за «уклонение от исполнения обязанностей военной службы путем причинения себе повреждения».

По одной из версий, выглядящей вполне убедительно, дедовщина в армии возникла в царские времена, когда, как известно, срок службы составлял 25 лет. Сорокалетний ветеран, прошедший огонь и воду, конечно, не мог относиться, как к равному, к вчерашнему ребенку, только прибывшему из деревни.

Каждый новобранец прикреплялся к старослужащему, который должен был обучать его в меру своих способностей в обмен на бытовые услуги – переноску вещей, стирку и так далее. Как правило, основным «учебником» был кулак. Тогда ветеранов звали «дядя», но постепенно они превратились в «дедов». Несмотря на резкое сокращение срока службы, традиции оказались очень живучи.

Тем не менее, россиянам тех времен можно было и позавидовать: до 1874 года, когда рекрутская повинность была заменена всеобщей воинской обязанностью, в солдаты обычно призывались лишь два человека из 500. И от повинности можно было официально откупиться.

Сегодня будущая мать, ждущая желанного ребенка, еще задолго до того, как медперсонал огласит радостную весть – «у вас мальчик!» – начинает думать о том, какие шаги она предпримет спустя долгие годы, чтобы спасти свое дитя от наложенного государством обязательства. И разве можно осудить ее за это?

Виктория Богданова, специально для РИА «27 регион»